Верховный суд пришел к выводу, что в случае банкротства застройщика частные инвесторы в недвижимость не могут претендовать на квартиры на тех же условиях, что и обычные покупатели Фото: shutterstock.com
Физлица, купившие в инвестиционных целях по договорам долевого участия (ДДУ) несколько квартир, не могут претендовать на получение жилья в случае банкротства застройщика на тех же условиях, что и граждане, которые покупали квартиру для личного проживания. К такому выводу пришла судебная коллегия по экономическим вопросам Верховного суда при рассмотрении спора в деле о банкротстве ООО «Стройинвест», которое возводило многоквартирный дом в Сергиевом Посаде.
Суть дела
В феврале 2014 года истец купил у застройщика 30 квартир в строящемся доме на сумму 31,34 млн руб. По договору ключи покупатель должен был получить не позднее второго квартала 2015 года, но дом построен так и не был. В ноябре 2020 года застройщика признали банкротом, а достройкой дома занялся региональный фонд защиты прав дольщиков. Здание должны достроить в 2023 году. Но когда покупатель направил конкурсному управляющему «Стройинвеста» заявление о включении в реестр требований обязательства по передаче квартир, то получил отказ. Причина — отсутствие доказательств оплаты. При этом у покупателя были копии квитанций и акт об исполнении финансовых обязательств. Первый суд истец выиграл, но апелляционная инстанция отменила решение о включении в реестр, указав, что более высокие гарантии защиты предоставляются гражданам, которые покупают квартиры в новостройках для личного проживания. Именно их можно квалифицировать как потребителей.
Верховный суд поддержал выводы апелляции, что гражданин, купивший в инвестиционных целях несколько квартир, не вправе рассчитывать на приоритетное удовлетворение его требований в случае банкротства застройщика — в отличие от дольщиков, приобретавших квартиру для личного проживания. В определении ВС также сказано, что «сам по себе факт инвестирования гражданином в объекты недвижимости на этапе строительства не может влечь полный отказ в удовлетворении его требований при банкротстве застройщика». Дело отправлено на новое рассмотрение.
www.adv.rbc.ru
Четвертая очередь исключает получение квартир
ВС также установил, что долг перед покупателем можно квалифицировать, как «если бы владельцем требования к застройщику являлось юридическое лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность (п. 1 и п. 2 ст. 50 Гражданского кодекса)». Расчеты, согласно подпункту 4, п. 1, ст. 201,9 о банкротстве, будут осуществляться с ним в четвертую очередь.
Требования кредиторов могут быть включены в три очереди. В первую очередь включаются обязательства из причинения вреда, во вторую — зарплата, в третью — все остальные кредиторы. Иначе обстоят дела при банкротстве застройщика. Первая и вторая очереди не меняются, но в третью включаются требования граждан — участников долевого строительства, а все остальные кредиторы, в том числе юрлица — участники долевого строительства, включаются в четвертую очередь, поясняет руководитель офиса юридической фирмы «Арбитраж.ру» Артем Комсюков.
«Погашение требований всегда идет в порядке очередности, а при нехватке денег в рамках одной очереди в пропорции от общего размера требований. В определении ВС указал, что требования физлиц — участников долевого строительства, приобретающих квартиры для целей инвестирования и получения прибыли, подлежат, по сути, понижению в очередности и удовлетворяются не в рамках требований дольщиков, а в одной очереди со всеми остальными кредиторами. Верховный суд практически лишил таких дольщиков-инвесторов возможности получения квартир, поскольку передача объектов строительства в рамках четвертой очереди не предусмотрена», — говорит Артем Комсюков.
Позиция Верховного суда неоднозначна
С одной стороны, ВС устранил явную несправедливость и нарушение закона — отказ во включении требований по мотивам инвестиционной деятельности. С другой, не внес ясности, запутал ситуацию и допустил вольное толкование норм права, считает Артем Комсюков.
По словам эксперта, закон о банкротстве, как и закон о долевом строительстве, не содержит какого-либо ограничения ни по площади, ни по количеству квартир, приобретаемых одним гражданином. Ни с точки зрения закона, ни с точки зрения логики цель защиты прав не исключает защиту гражданина — непрофессионального инвестора, который приобрел более одной квартиры.
«Исходя из изложенной позиции Верховного суда, теперь в подобных случаях суды будут обязаны каким-то образом исследовать цели приобретения нескольких квартир и выяснять — инвестирование это или реальная потребность, например, для проживания родственников. Не совсем ясно, какими доказательствами подразумевается подтверждение такой цели. Такая позиция ставит граждан, купивших несколько квартир в одном доме или ЖК, в неравное положение с теми, кто в инвестиционных целях приобрел несколько квартир у разных застройщиков», — говорит Артем Комсюков.
Основной вопрос, который встал перед Верховным судом, — стоит ли предоставлять покупателю-инвестору приоритет, как и гражданам, которые приобретают жилье для личного пользования? Верховный суд занял более социальную позицию, указав, что покупка столь значительного количества квартир означает намерение осуществлять предпринимательскую деятельность, добавляет арбитражный управляющий, управляющий партнер юридической компании «Один к одному» Даниил Наймушин.
По словам эксперта, определение ВС носит противоречивый характер. С одной стороны, Верховный суд подчеркнул, что само по себе приобретение больше одной квартиры не свидетельствует об инвестиционной деятельности. Однако теперь суды должны выяснять истинные намерения приобретения квартиры, что может возложить дополнительное бремя доказывания на граждан, считает Даниил Наймушин.
Весной 2022 года Верховный суд уточнил требования для получения квартир у застройщика-банкрота. По определению инстанции, человек, который осуществлял совместную экономическую деятельность с девелопером, не может конкурировать с требованиями граждан, вложивших в строительство личные деньги.
Читайте также:
Источник: